8. Самоубийство. Очердная леденящая душу история об особенностях национального суицида. Мужичек был безобидный. Не пьющий. Положительный, в общем. Ну и от избытка праведности съехала у него крыша. Ударился он в экзотические религиозные течения, и, поразмыслив о бренности бытия, решил с бытием завязать. Конец преамбулы. Дежурим. К приемному покою больницы подъезжает "Скорая". Из нее выходит врач и, строя страшные рожи, обливаясь слезами, идет к нам. Не сразу, но ясно: Что-то довело его до истерического хохота, но высокие моральные принципы не дают ему ржать при пациенте. Следом - фельдшер. Ту вообще колбасит, как юродивую, но мужественно не ржет. Следом - санитар ведет благообразного, но грустного дядьку. Зайдя в "приемник", врач с фельдшером, мучительно борясь со смехом, умоляют нас не смеяться при больном. На вопрос, что случилось, коллеги судоржно хватают ртом воздух и исчезают в наших коридорах, плача от смеха. Завели мужичка. Мировая скорбь на лице. И ма-а-аленький ожог. Право, туфта! Вопрос повторяем, и выслушиваем рассказ. Жил мужик на 1-м этаже 3-х этажного ветхого дома ранней сталинской постройки. Из великого многообразия способов самоубийства мужик предпочел отравление газом. Встав с утра пораньше, открыл все вентили на газовой плите и сел на табуретку. Дышал-дышал, дышал-дышал... Не берет! А мыслищи-то в голове думаются! А жить то не хочется аж до колик в животе! А газ не берет! И решил мужик, что сегодня не его день. И, погруженный в думы о более надежных способах расставания с миром, откыл на кухне окно. (Забыл он 2 вещи: самоубийство - тягчайший грех, и у бога тоже есть чувство юмора). Когда помещение, как показалось мужику, проветрилось, он выглянул в окно, и в философской задумчивости достал сигарету... Потом спички... Та стена с окном, в которое мужик так и не покурил, оказалась в 20 м от дома. Вместе с мужиком. Остальные стены просто попадали к соседям. И жертв, пока, не было. Скорая приехала быстро. Как раз к тому моменту, когда многочисленные и не обделенные здоровьем соседи мужика, в один миг потерявшие уют и комфорт в руинах своей недвижимости, практически нашли ответы на эпохальные для России вопросы: "Кто виноват?" и "Что делать?". Скорая уехала гораздо быстрее, чем приехала... Оказав мужику помощь, из больницы мы его отпустили, хотя тот умолял о госпитализации с вооруженной охраной. А толпа, говорят, стояла у развалин дома до ночи, самозабвенно обсуждая бескорыстную помощь мужику в следующий раз, дай бог чтоб не откладывал в долгий ящик! Мужик не появился.
|